Новости Могилёва

Драматург Павел Пряжко
Фото Никиты Ярина

В воскресенье, 29 мая состоялось Чтение шестое в Могилёвском театре. Как мы и сообщали, читалась пьеса Павла Пряжко «Закрытая дверь». Автор, как и обещал, приехал на мероприятие. Был приятный аншлаг – читка прошла при полном зале. Пьеса о человеке, который занимается имитацией жизни, чтобы не казаться асоциальным, каковым он и является, прозвучала злободневно и болезненно. Это выявилось потом, когда после Чтения главреж Екатерина Аверкова предложила публике остаться на традиционное обсуждение и беседу с автором пьесы, режиссёром читки Татьяной Артимович, а также актёрами театра, озвучившими текст.

После небольшого перерыва начался разговор, затронувший много тем. Говорили о богатых ремарках автора, вызывающих сложность для режиссёра при постановке. Зрители делились впечатлениями и задавали волнующие вопросы. Актёры осторожно высказались, что к работе с этой пьесой они могли бы приступить под руководством режиссёра, который предложит интересное решение. Сам Павел Пряжко в лаконичных своих высказываниях проявил себя человеком беспощадно прямолинейным: не гнушался крепкого словца и не стеснялся говорить в лоб, что думает. И это импонировало, несмотря на то, что такую экспрессивную лексику и эстетическую позицию готовы воспринимать далеко не все.

Специально на это Чтение приехал молодой добрый друг театра, столичный критик Алексей Стрельников – и мы не преминули попросить его дать оценку прошедшему Чтению, изложить своё видение этой драматургии и рассказать об отношении к проекту Могилёвского театра:

- Мне очень жаль, что не получилось наблюдать этот проект в процессе. Первое и шестое чтение я видел, и это, конечно, одно из самых интересных театральных явлений в стране.
Выясняется, что факт отставания театра от жизни - это решаемая проблема.
Выяснилось, что в региональном театре оказались творческие силы, готовые поднять, освоить сложный художественный материал.
Что касается пьесы Пряжко, то эта пьеса предполагает свою определённую театральную эстетику. Не жизнь отражается в действиях и поступках, а сами поступки и действия изучаются под пристальным вниманием в поисках в них жизни. Та форма, которую предъявила Татьяна Артимович, в которой у актёров нет физического контакта, а связь между ними образуется геометрией мизансцен и света, оказалась вполне жизнеспособна. Я бы ещё отметил артиста Александра Кулешова в роли Славы.

- О Пряжко говорят едва ли не как о создателе нового драматургического языка. Как ты относишься к этому мнению?
- В идеале каждый состоявшийся драматург создает "свой" театр. В том, что Павел Пряжко состоялся как драматург, сомнений нет.
Пьесы Пряжко - это попытка выйти из традиционной драматургической парадигмы, о которой, кстати, говорилось на обсуждении: история-герой-сюжет. Пряжко рассказывает истории, в которых по большому счету нет героев и сюжетов, зато есть состояние и настроение.
Это выглядит очень честно, в той ситуации современности, когда мало в чём можно быть уверенным, кроме собственно настроения.

- И последний вопрос: раз Чтение для могилёвского театра - проект, заточенный на поиск драматургии, которая потом, как обещали, придёт на сцену, - может ли "Запертая дверь" рассчитывать на сценическое воплощение, и готов ли наш репертуарный театр к такой драматургии?
- Тут важно понимать нюансы. Спектакль на большой сцене - это такая разновидность искусства для масс. И именно в этом суть поисков проекта "Чтения". Вы ищите не просто пьесу, а пьесу, которая оправдала бы массовые ожидания.
Драматургия Пряжко - это такой театр "не для всех", от которого на самом деле хорошо всем: актеры развиваются, появляется выбор у зрителей и много что ещё. Но этот спектакль провалится в прокате, потому что массовый зритель только вошел во вкус.
Я лично пойму театр, если он не пойдёт на риски, которые в случае драматургии Пряжко очень велики. Ведь в России его ставят тоже на экспериментальных площадках.
Мне кажется, давно назрела необходимость в Могилёве некоммерческой камерной площадки, где проходили бы маленькие концерты, выставки, обсуждения. Там получила бы прописку и постоянная театральная лаборатория, у которой уже есть интересный репертуар: спектакли-читки "Бог щекотки", "Запертая дверь" и можно вспомнить ещё и "Ану и ананас", и некоторые другие удачные чтения прошлых лет.
Мои друзья в Минске сняли полуразрушенный дом за 70 долларов, за 100 сделали ремонт, в эти выходные открытие.
Я так думаю, что скоро такие хатки появятся скоро много где.

Ляжет ли эта пьеса в основу будущего спектакля театра, покажет время. Но всё громче звучат разговоры о необходимости создания в Могилёве альтернативной сценической площадки-лаборатории, по которой голодают не только деятели искусства, но и добрая доля публики, готовая воспринимать эксперименты. Кто знает, быть может, когда-нибудь родится такая лаборатория и в нашем городе.